Landau

Теги: Окриджская партия зеленых, пурпурный квадрат , МИФИ, юмор и перлы народные, политика и отношения,дистанционное образование курсы

Физики продолжают шутить

"Физики шутят" - была такая книга ( про то, что бутерброд падает всегда маслом вниз ). Оказывается, что иногда их жены тоже шутят. Вышли воспоминания жены нобелевского лауреата по физике Льва Давидовича Ландау( Кора Ландау-Дробанцева "Академик Ландау. Как мы жили" ). Говорят, что издателям ("Издатель ЗАХАРОВ") пришлось преодолеть сопротивление влиятельных сил. Я бы назвал эту книгу "Бомба для академии". Насколько воспоминания объективны - вопрос, конечно, интересный ("Сказка ложь, да вней намек, добру молодцу урок"?). Книжка толстая, люди сейчас занятые. Сделаю я вам дайджест. Может, захочется ее целиком прочесть. А воспоминания очень непосредственные, во многих местах можно писать кипятком.
Вначале

      Ландау был аскетом. "- В Копенгагене я жил на средства международной рокфеллеровской стипендии, а в Лондоне я был в командировке. Я не имел права тратить рабоче-крестьянские деньги нашего государства на шоколад. Я даже не разрешал себе ходить в кино... Не только англичане, но и американцы очень старались соблазнить роскошными условиями жизни. К роскоши я совершенно равнодушен. Я им ответил так: "Работать на акул капитала? Никогда!" На Западе учекому работать нелегко. Его труд оплачивают в основном попечители. В этом есть некая унизительность".

      Но с другой стороны Ландау был сторонником свободной любви. "- Корочка, разве хорошую вещь браком назовут? - Он цитировал классиков, читал стихи, и еще какие! Как меня тянуло к нему! Но переступить черту недозволенного мне было невозможно". //То есть Кора "динамила" парня. Ей "отольются мышкины слезы".

      Наконец они поженились. Но Ландау гнул свое. "- Запомни одно: ревность в нашем браке исключается, любовницы у меня обязательно будут! Хочу жить ярко, красиво, интересно, вспомни "Песню о Соколе" Горького - ужом я жить не смогу". //Сексуальный гангстер просто.

Тюрьма

      Даже в тюрьме Ландау не унывал. "- Во-первых, я не боялся там, что меня могут арестовать! Во-вторых, я мог ругать Сталина вслух. Я занимался наукой и сделал несколько работ".

      А почему он мог ругать Сталина? "В те годы только один Ландау мог сделать теоретический расчет для атомной бомбы в Советском Союзе. И он сделал это с большой ответственностью и со спокойной совестью. Он сказал: "Нельзя допустить, чтобы одна Америка обладала оружием дьявола!" И все-таки Дау был Дау! Могущественному в те времена Курчатову он поставил условие: "Бомбу я рассчитаю, но приезжать к вам на заседания буду в крайне необходимых случаях. Все мои материалы по расчету будет к вам привозить доктор наук Я.Б.Зельдович, подписывать мои расчеты будет также Зельдович. Это - техника, а мое призвание - наука". В результате Ландау получил одну звезду Героя соцтруда, а Зельдович и Сахаров - по три". //Приезжал бы почаще - тоже три получил бы.

      После тюрьмы Ландау поехал в Крым. "Корочка, любимая. Здесь очень хорошо. Ем уже по три вторых блюда за обедом и ужином и собираюсь перейти на четыре. Зато с любовницами дело обстоит прескверно. Приезжают все жуткие рожи. Исходил весь берег моря, но тоже кроме дряни ничего не обнаружил. От скуки осваиваю одну особу явно недостаточного класса (3-его)". //Да, изголодал в тюрьме Лев Давидович.

Друг

      У Ландау был друг Лифшиц. "- Я решил остановиться у Женьки. Его мама приготовила мне комнату. Ночью я вскочил, включил свет - о, ужас! - вся простыня усыпана огромными длинными клопами". Кора не любила Лифшица. "- Даунька, к его манере держаться привыкнуть трудно. - Почему? - Твой Женька без конца гладит то место в брюках, где застежка. - Наверное, проверяет, застегнул ли он все пуговицы. - Это можно сделать без многочисленных свидетелей. Потом он за столом все куски перетрогает руками, прежде чем выбрать себе".

      "Вместе с Женькой и Лелей мы прожили около года. Женька съездил в Харьков, привез кое-что из своей харьковской мебели. Дау ему говорил: купи здесь новую. Он отвечал: "Дау, ты в этом ничего не понимаешь. Новая мебель плохая и дорогая, а перевести из Харькова стоит гроши. Я не люблю тратить зря деньги". Когда харьковская мебель пришла, через некоторое время испуганный вопль Дау разбудил меня ночью. "Коруша, смотри, это та самая порода лившицских клопов. Как они жалят! И убежать теперь от них невозможно!" Еле дождавшись утра, Дау побежал в институт, пришли рабочие, вынесли Женьку с заклопленными вещами".

      Началась война. "Учитывая ценность продуктов питания во время войны, Женька перестал мыть посуду после еды: он тщательно вылизывал языком все тарелки, ложки, вилки и даже сковородки, только не горячие. Дау ему говорил: "Женька, ты так здорово лижешь! Твоя посуда совсем чистая". //И по жизни Женька был "лизоблюдом".

Академик

      После войны Ландау стал академиком. "- Коруша, ты совсем не радуешься, что я пролез в академики?
- Зайка, милый, у меня так болят ноги, - сказала я вслух. А про себя подумала: "Вот, вот, только этого мне сейчас и не хватало. Красивые девушки так падки на академиков, а я? Я уже не Юнона!" Я все время твердила себ: я не имею права ревновать, особенно сейчас, когда заболела, разжирела! А Даунька все тот же: легок, изящен, беспредельно жизнерадостен. Он имеет полное право любоваться красотой молодых, здоровых женщин. А как он может восхищаться и любить прекрасное молодое женское тело - это я знаю!"

      У них появилась домашняя хозяйка. Но Дау не допускал, чтобы девушка мыла пол. "Я мыла в кухне пол, а Леночка только поджимала ноги, не отрываясь от "Анны Карениной". Вдобавок Женька подкинул подлянку. " - Понимаешь, Коруша, Женька меня очень просит одну комнату на даче. Он будет ездить два раза в неделю со своей Зиночкой, любовь в машине стала опасной. Он мне рассказывал: как-то в лесу к его машине подошел милиционер и попросил предъявить права. К счастью, Женька был уже в брюках".

      Ландау любил ходить в театр. "В театре он усаживал меня на наши места, а сам исчезал, появлялся с последним звонком, восторженным шепотом сообщал: "Обежал весь театр, осмотрел всех девиц, ты самая красивая. Таких, как ты, нет".
Но в отличии от товарища Сталина Ландау не любил балет. - Я очень, очень люблю драматический театр. Но когда на сцене вокруг собственной оси долго и бессмысленно вертиттся балерина - очень скучно смотреть. Опера еще бессмысленней балета".

      Ландау во всем был исследователем. "Все двенадцать лет ты олицетворяла для меня всех женщин мира! А сейчас пришло время, я очень хочу изучать на деле, как устроены другие женщины. Помни, не в ущерб тебе, не в ущерб нашей любви". //Как говорил Жванецкий, "я уже никогда не буду женщиной, а интересно, что они чувствуют?"

"Бес в ребро"

      Ландау ударился в загул. "- В ресторанах ты пьешь вино? - Нет, все вина очень невкусны, а коньяк - это настойка на клопах. И ты отлично знаешь, алкоголиком я не стану. Девицы лакают коньяк, а я пью фруктовую воду. Коруша, без ресторана не освоишь красивую девицу. - Ты всегда говорил, что с неосвоенными девушками любишь ходить в кино. - Кинотеатры просто созданы, чтобы водить туда неосвоенных девиц! Там так удобно их тискать. Но некоторые девицы не хотят в кино, хотят в рестораны. Скучно смотреть, как другие ее танцуют, а я сижу и пью лимонад. Я не лодырь, я привык трудиться и, как ни труден для меня ресторан, я эту трудность преодолеваю ради прекрасного пола". //"Крадется по крыше старик Козлодоев..."

      Но бывали и подарки судьбы. "Я вечером за ужином спросила Дау: - Что это за девица была у тебя? - О! Это с радио. Она пришла брать у меня интервью. Потом ей стало жарко, она попросила расстегнуть ей лифчик и так легко, без всяких проволочек отдалась мне. - И ты раньше не был с ней знаком? - Ну, конечно, нет. Первый раз встретил высококультурную девицу".

      "Ирина с первых посещений решила вызвать скандал между мной и Дау, постельное белье у Дау старательно измазывала губной помадой. Но в наши мелкие женские отношения я Дау не посвящала. Просто перед ее приходом я чистое постельное белье у Дау заменяла грязным. Ей, видимо, чистота постели не была знакома. Ну, а Дау был намного выше мелочей быта".

Колечка

      Чтобы Кора не грустила, Дау решил найти ей любовника. "- Корочка, задала ты мне работу! Но мне удалось выяснить: есть неотразимый мужчина, он славится на всю академию. Я опросил множество девиц. Все назвали Л.. Но спрос на него велик, к нему девицы стоят по несколько лет в очереди. На завтрашний день я кое-кого приглашу, придет и Л. Ты опять недовольна?
- Даунька, я просто избегаю очередей".

      Между тем Л. увлекся Корой, а она ему, конечно, не давала. Произошла разборка. "- Ах так! Меня водить за нос, издеваться, насмехаться, из меня делать дурака и быть преданной женой своему повелителю! - Он в бешенстве стал наносить мне удары. Я упала на пол и прижалась лицом к полу в передней. Он стал топтать ногами, целясь в голову...Но особых увечий нет. Счастье, что у этого профессора МГУ мягкие кулаки: слишком многим женщинам уделял он внимание, на спорт не оставалось времени". //Владимир Ильич говорил про таких - "издерганный, нервный хлюпик".

      После избиения отношения с Л. с трудом, но возобновились. "Ритуалы, навязанные Колечкой, мне осточертели. Иногда я забывала, что в такое-то время должна стоять и смотреть, как он марширует под моими окнами,...выслушивать длинные нудные жалобы, как тернист путь в науке. "Твоему Л.Д. вольготно: у него на сто процентов еврейской крови, а я еврей только на 50 процентов. Мне наука дается с трудом" и т.д. и т.п.". //И кто теперь скажет, что евреев зажимали?

Ландау в гостях

      Семья Ландау дружила с семьей Шостаковича. "Приехав в Москву, я с большим огорчением узнала от общих знакомых, что кроткий, застенчивый, просто "святой" Митя вдруг обнаружил отсутствие Ниты. Он стал ревновать и даже бушевать, изливая свои чувства в музыке. Посещая Шостаковичей в обществе Артюши, стала замечать, что Нита всегда старалась отодвинуть подальше от Мити рябиновую настойку". //"И вы, капитан, не тянитесь к бутылке..."

Гости у Ландау

      Дау часто посещали иностранцы-физики. "- Даунька, сегодня за обедом ты, кажется, проповедовал иностранным гостям о свободной любви? - Нет, Коруша, когда они все из института ввалились к нам, то устремились в ванную мыть руки. Потом стали хвастать, что в их квартирах по несколько ванн. Я им сказал, что у меня семья из трех человек, одной ванны нам вполне достаточно. И хотя у вас много ванных комнат в квартире, вы лишены элементарной человеческой свободы. Вот, к примеру, вы влюбились в жену вашего сотрудника по университету. Вы можете за ней поволочиться? "Ну что вы! У нас это строжайше запрещено. Я сразу попаду в "черный список". Наши попечители меня выгонят вон, никакие научные заслуги не помогут и конец научной карьере". А в нашей свободной стране интимная жизнь человека никого не волнует. Я могу влюбиться в чужую жену, и никакие попечители мне не страшны". //И ведь знают же американцы, что нельзя волочиться, а скандал за скандалом. Прямо, как дети ( "Я им говорю, не ложте зеркальца в парту, а они ложат и ложат!" ).

Рассеяность

      Ландау был очень рассеяный. "Дау был приглашен в МГУ на заседание своей кафедры физиков. Он перепутал аудитории и зашел на заседание к физикам-метеорологам. У доски докладчик глубокомысленно делал свои выводы. Метеорологи собрались заслушать научное открытие своего коллеги, пригласив даже журналистов. Но едва докладчик кончил, к доске подлетел Ландау. Он обратился к докладчику: "Вы меня, пожалуйста, извините. Я попал к вам случайно, перепутав аудитории, но мимо такой математической ошибки я пройти не могу. Если эту задаяу решить правильно, - белый мелок молниеносно мелькал по доске, подчеркивая ошибки докладчика, - то, вы сами видите, весь эффект работы сводится к нулю, работы нет, есть только математические ошибки". Стояла гробовая тишина. У докладчика отвисла челюсть. Ландау, еще раз извинившись, ушел. Когда все опомнились, раздался вой: "Кто, кто его сюда пустил?!" //По рассеяности Ландау докладчика умножил на ноль.

Болезнь

      После аварии жизнь Ландау была в опасности. Он лежал в коме. "Сразу после введения воды в желудок заработали почки, пошла моча и унесла азотные шлаки, грозившие потушить едва теплившуюся жизнь Дау. "Моча пошла", - так отвечали дежурные физики по телефону из больницы 50. А за стенами больницы, в Москве, в студенческих общежитиях, где кипела молодая жизнь, юный парень на свидании с с любимой тоже сообщал:"Знаешь, у Ландау уже пошла моча". //Так начиналось увлечение уринотерапией.

      Физики дежурили у больного Ландау. "- А что стряслось у этой девушки, почему она рыдает? - спросила я. - Она работала секретарем у главврача 50-й больницы. Когда привезли туда разбитого Ландау, физикам она очень понравилась, они окружили ее большим вниманием...Леночка помогала угощать и медиков, и физиков, а так как физики дежурили там круглосуточно, то Леночка перестала вообще ходить домой, потеряв счет времени...А ваши физики вскружили ей голову, она и думать забыла об учебе. Жениха потеряла, а этот физик совсем не показывается: вот она и дежурит здесь день и ночь, все его поджидает. Жизнь не остановишь, подумала я. Блестяще эрудированные, умные физики не растерялись. Идет естественный процесс: весна - пора любви! Физики из одной хорошенькой девушки сделали женщину. Это не трагедия! Это жизнь!" //"Нынче физики в почете, нынче лирики в загоне" - жаловался один поэт.

      Процесс выздоровления шел трудно. У Ландау было много посетителей. Пришла и девушка с радио. "Ирина встала, заслонив меня. - Дау, ты меня не узнаешь? Я Ирина. - Нет, я вам уже много раз говорил: я вас не узнаю, я с вами никогда не был знаком. Вы что-то путаете. - Она рывком расстегнула платье, выпростала из бюсгальтера грудь. - И сейчас ты тоже меня не узнаешь? Как ты мог все забыть? - Вскоре рыдающую Ирину вывели из палаты". //Бедняжке даже секретное оружие не помогло.

      Наконец, больной стал поправляться. "- Ты боишься, что я подохну? Так ты получишь приличную пенсию, потом мне обязательно присудят Ленинскую премию посмертно. Многим ученым я стою поперек горла, многие лжеученые просто жаждут выпускать липовые работы, но очень боятся меня. За посмертное вручение мне Ленинской премии проголосуют все сто процентов". //Но сначала присудили Нобелевскую.

Хобби

      В больницу пришел художник делать скульптурный портрет академика. "- Когда я лепил Тамма, я тоже спросил о его хобби. Он подумал и сказал: "Пожалуй, альпинизм". Дау заметил: - Я всегда говорил Игорю Евгеневичу - "Умный в гору не пойдет,умный гору обойдет". - Лев Давидович, а ваше хобби? - Женщины, - не думая ответил Дау".

Ученики

      "На учеников он тратил очень много своего времени, терпения и сил. Для всех жаждущих приобщиться к настоящей науке двери его дома были всегда открыты. А у великого из великих Эйнштейна ни одного ученика за всю длинную жизнь! Этот факт известен всем!"

      Однажды к нему пришел студент с доказательством теоремы Ферма. "Студент ушел расстроенный и очень озадаченный. - Дау, я слыхала или где-то читала об этой теореме Ферма. Неужели до сих пор она не решена? Разве ее не может решить такой математик, как Келдыш?
- Коруша, дело все в том, что такие математики, как Келдыш, занимаются разрешением только полезных математических задая, а вот совершенно бесполезные теоремы решают недоучки, вроде нашего ушедшего гостя. Этой схоластикой от науки серьезные ученые не занимаются!"
//Пока докажешь теорему Ферма - сойдешь с ума.

      А сына воспитывал в строгости. "- Даунька, Гарик уже школьник. Ты играешь с ним только как с котенком. Ну хотя бы раз поинтересовался его способностями, позанимался бы с ним. Вот Яша Зельдович, Вовка и Мигдал так натаскивают своих сыновей перед школой по математике, что они в школе идут "кидер-вудами".
- Коруша, я не понимаю: кто у нас в семье еврей - я или ты? Воспитывать и натаскивать детей с детства глупо".

На пенсии

      Кора и Дау поехали отдыхать в Крым. Там была очень крутая лестница. "Когда я подводила Дау к этой зловещей лестнице, вся окружающая публика замирала. Получался кадр киноленты "стоп". Когда мы с Дау преодолевали лестницу, все легко вздыхали и клыбались, но ни один человек не подошел помочь мне. Почему? Вероятно, потому, что публика в этом санатории была именитая!" //Номенклатура, одно слово.

Итоги

      "Моя любовь к нему была прекрасна. Это она, моя любовь, подняла меня в небывалую высь, поставила рядом с гением, заставила шагать по кривым дорогам жизни. Шагать с ним в ногу было немыслимо. И я стала петлять".
Да, тяжелый жребий выпал Конкордии Терентьевне. Намучилась она со своим гением. Зато книжку написла. Мы ее читаем и размышляем о времени, о судьбе и о "сладкой парочке" - Дау и Коре.

Главная страница ОПЗ

Комментарии

Комментариев еще нет.
Добавить комментарий могут только авторизованные пользователи. Авторизоваться
Комментарий

Оценка





Авторизоваться через http://www.pvobr.ru
Логин
Пароль
Регистрация

Авторизоваться через соцсети
Наверх